+
Рассказ «Холод над озером»
133
7
Наверх

cold-at-the-lake-01

Сегодня мы хотим начать немного необычную для нашего блога серию художественных рассказов авторства Марии Фарисы. Мария победитель литературных конкурсов, журналист и автор статей о путешествиях для Forbes, Conde Nast Traveller, «Афиша-МИР», Buro 24/7, «Вокруг Света» и других изданий. Она посетила более шестидесяти стран и из каждой поездки старается привозить не сувениры, а интересные истории. 

Пятьдесят из них вошли в книгу «Авантюрин». Короткие и яркие сюжеты о людях со всего мира, от Вьетнама до Гватемалы, от Мексики до Италии, которые Мария подслушала, подсмотрела, придумала за время работы журналистом по всему миру. На Simple + Beyond раз в две недели будет выходить один рассказ из сборника, и первым из них стал «Холод над озером». Приятного чтения!

cold-at-the-lake-02

Три вулкана в сердце Центральной Америки долго плакали, когда погасли. Так появилось озеро между горами, а его берега обжили люди из кукурузы. Но как бы глубоко ни ныряли, ни погружали палки в воду, не могли нащупать дно и решили, что его вовсе нет, а озеро — это дверь в мир мёртвых. Оттого в прибрежных деревнях мамы и бабушки говорили девочкам: «Хочешь утопить печаль? Расскажи свою тайну жалобной кукле, положи её под подушку, а наутро привяжи к камню и брось в воду. Кукла поведает о твоих мучениях господам подземного царства Шибальбы. Они помогут».

Такие девочки, как Альбальба, которых с рождения обещали кому-то в жёны, едва научились говорить, каждый день бросали в озеро по камню. Потому вода поднималась, подмывала корни деревьев, проглатывала тропинки и причалы, наступала на посёлки. Священники не понимали, в чём дело, молились и палили свечки. Жрецы проводили обряды. Меж тем такие девочки, как Альбальба, покончив с дневными делами, ломали соломинки, нарезали лоскуты и нити — мастерили себе новые куклы для жалоб, чтобы было с кем поделиться несчастьем.

Секреты можно рассказывать только ночью, чтобы их не услышали духи, которые пишут истории на шкурах оленей и полосках хлопка. Потому Альбальба ждала, пока в печке погаснут угли, прятала тряпичную подругу в ладошках и шептала:

— У мамы болит рука, и мне приходится самой заниматься хозяйством. Больше нет времени бегать в лес и собирать перья, искать у воды ракушки и прозрачные камни. Теперь я растираю зёрна в муку, готовлю к обеду лепёшки, подметаю пол, кормлю кур, а глаза всё время смотрят в землю. Уже не помню, как бегут облака, забыла, как солнце высовывает голову меж вулканов, и в каких пещерах храниться девственная вода, которой никто не касался. Давно не видела, как молния падает в озеро, а деревья лысеют под яростью ветра. Вечность не подслушивала жёлтую реку, которая, натыкаясь на камни и коряги, несётся, чтобы отдать себя югу.

По вечерам вышиваю узорами длинную узкую юбку, в которой нельзя бегать, только ходить маленькими шажками от дома к рынку, от рынка к дому. Под моими стежками распускаются цветы на блузке, зреют фрукты, на ветки садятся красивые птицы. Скоро я буду носить этот сад на себе, если господа из подземного царства не выполнят мою просьбу поселить над озером холод. Если озеро останется таким, как сейчас, мой жених запросто рассечёт его своей лодкой. В неё уложат приданое: кукурузные початки, бусы из чеснока и перцев, две притихшие курочки и поросёнка со связанными ногами. Мама на прощание прижмёт меня к животу и скажет: «Смотри на падающие звёзды. Если увидишь розовую, жди дочку».

Женщины свободны от забот только в детстве, во сне и после смерти. Сейчас каждое утро: заплести косу, надеть через голову блузку, завернуть вокруг ног юбку, замотать пояс, завязать узел. А потом в чужом доме всё станет хуже: над нашей землёй часто падают звёзды. Под потолком закачаются люльки. Буду уставать сильнее, год за годом чувствовать, как слабеют кости, жить, не поднимая глаз, и умолять, чтобы поскорей прислали гонца из Шибальбы.

Куколка, пожалуйста, попроси господ из подземного царства сделать так, чтобы сгнила лодка того, кто скоро должен забрать меня в свою деревню; чтобы он влюбился в другую или голоса поманили его за горы. Не хочу уставать, вытирая пыль в маленьком тёмном доме, наполняя миски и стирая одежду. Хочу уставать от ходьбы по незнакомым дорогам. У всякой птицы своё счастье. Есть такие, что каждый год меняют гнёзда. Хочу собирать на тропинках знаки, делать из них браслеты и ожерелья, ходить по посёлкам и продавать их людям. Желаю обойти Атитлан по кругу, заглянуть в каждую деревню, чтобы за моей спиной шептались:

— Это та, что собирает перья? Это та, которую с листьями и стонами носит ветер? Это та, за которой не приехал мужчина?

Буду оборачиваться и отвечать с улыбкой:

— Да, это я.

Они снова будут шептаться:

— Надо было предупредить её маму, что девочек нужно прятать от ветра. Ветер крадёт их души, а потом они убегают из дома.

Скажу им:

— Может быть, это вы потеряли души? Стёрли вместе с мыльной одеждой о камни, сожгли огненной водой из стаканов?

Альбальба прислушалась, накрыла голову одеялом и зашептала кукле во вспотевшей ладошке:

— Не хочу дрожать от испуга, когда звук мотора становится громче, а мама бросается расчёсывать мне косу. Попроси господ из Шибальбы загустить в озере воду, точно как молоко, если долго стучать по нему ложкой.

Мать перевернулась на другой бок. Альбальба затихла. Перед тем как спрятать куклу под подушку, прошептала ей: «На тебя вся надежда» и поцеловала тряпичную головку солёными от слёз губами.

11 ноября 2016
133
нравится 133 комментарии 7